Секреты DIY от белорусских панков из деревни Нарочь

Как собрать белорусскоязычный панк-группа в деревне и найти там репетиционную точку. Секреты принципов музыкального DIY рассказывает Модест из группы «К!Бл…», что собирал свою группу в начале 2000-х, чтобы записывать дома альбомы без инструментов и денег.

«О, БНФ-овец, вот!»

«Я слушал рок. Нравилось здесь музыка, здесь тексты. Но идеального не было, и захотелось придумать что-то свое. Мы с другом замутили эту бодягу», — рассказывает человек, которого я с 2007 года знаю как Модеста. Он имеет что-то около 30 лет и живет в родных местах на Нарачаншчыне, в деревне Нарочь.

Группа Модеста «!Бл..» имеет около 10 лет, за которые сыграл много концертов в различных городах Беларуси. Тексты на белорусском языке, стилистику один из поклонников назвал «интеллигентным панком», а Сергей Будкин в 2011 году сказал, что «Да!Бл…» подхватили знамя, что несли такие команды, как :B:N:, «Стена», «Голая монахиня», Happy Face, «Тарпач».

Как воспринимают тебя такого в Нарочи?

Была фишка: захожу в магазин в рабочей грязной одежде, со стройки. Выходит дядя из магазина: “О, БНФ-овец, вот! Я с одним уже напился, с этим пить не буду, не-е…” Меня считают БНФ-аўцам и оппозиционерам.

Хай-хэт и валенок

Как в Нарочи найти музыкантов?

…Никак.

Но ты нашел?

Не нашел, а научил. Одного барабанщика нашли в школе, клич бросили – это же круто, как в фильме! Это был где-то 2002…2004 год.

А откуда барабаны брали?

Это отдельная история. Короче, все началось с клуба. Там тетя работает достаточно прогрессивная, но хорошие отношения закончились с ней на том, что мы написали песню “Жрыце”.

Были у них инструменты: электроакустическая гитара, такой же бас и куски барабанов: сольник с порванным тыльнікам, стойка под сольник, тома без пластиков и бочка с порванным. Самый большой том был цел и не было басовой педали.

Мы на один из верхних томов натянули кусок кожи, на второй наклеили 54 слое скотча. Звук, конечно, был ацтойны, это такой DIY – просто жесть.

И самая фишка была – хэт был как ромашка, педалей было две, на бас-бочку – ни одной, а надо было как-то играть. Я приспособил лишнюю хай-хэтаўскую педаль, придумал калатушку с валёнка. Педаль никак не крепилась к бочке, но все работало. Это была наша первая установка. А с первым барабанщиком мы на одном баяне играли в музыкальной школе.

Рэп-точка раз: 1,5 х 1,5 м

В деревне Нарочь у нас было помещение полтора на полтора метра. Там стоять было невозможно, а в гости друг другу можно было паразбіваць нюхальнікі. Поэтому приходилось сидеть, чтобы грифы были параллельно.

Микрофон даже был и усилитель с несколькими входами, пульта не было точно. Но я в школе увлекался радыётэхнікай – что-то мы намудрили.

Вокалист в деревне должен быть и инженером?

Да, но ведь не всегда вокалист – кто-нибудь.

Когда мы играли вдвоем на гитарах и я пел, было более-менее было слышно. Когда барабанщик начинал месить по ромашке – это был капец, барабаны глушили все

После мы начали рэпаць в клубе на сцене. Там даже было слышно что-то.

Или устраивали там в Нарочи концерты?

Так. Приходили местные, человек 15-20 собиралось. Делали в клубе, рекламу дали… Но тогда мы с директором клуба поссорились сильно. Она, такая-сякая, не поддерживала панков.

Концерт перенесли на улицу, к гаражу. Но аппарат был у нас слабенький.

Рэп-точка два, либо В чем плавали барабаны

А еще отдельная история про то, как нас из клуба погнали и не было, где рэпаць. А мы уже даже аппарат падзбіралі. И тогда пошли к председателю мядельского райпо, мужичок – прогрессивный дядя, но умер через год. Мы с ним правдами-неправдами договорились о бесплатной аренде заброшенного бара.

Мы там играли, но была одна фишка: было сыро, холодно, и весной, когда были повадки, начинала прорывать канализацию и все перло в этот бар.

У нас были самопальные примочки, все дела… Моя первая примочка была с мыльницы: спаяў все, кнопочки поставил – получился злой такой дысторшн.

Приходим как-то на репетицию – весна, хорошо так… Смотрим, а там по колено воды! Открываем, вода вытекает вместе с дерьмом, барабаны паўзатопленыя, примочка моя плавает. Растроіліся. Вынули все, павытрасалі, спаласнулі и понесли домой сушить.

После этого мы устроили для барабанов падмост, как на концертах, и когда уходили, поднимали все с пола.

А еще там однажды был жасцяны сейшн: замутили фишку «кто главный панк», и зразгону двое прыгали плашмя и в то, что не так давно вылилось из нашего бара. Они были реальными панками…

«Подошел момент, когда дети и жилье…»

Мы варились в своем вселенной. В Мядель вылезали, там тусовались с группой «Цитадель». Но цивилизация была у нас, и «Цитадель» даже первое время «перенимали опыт» – как что подключали. Но у них было лучше с инструментом – в Мяделе было больше лабухаў, что играют на свадьбах.

Был один касячны период: рэпкропкі нет – через год после смерти того дяди сказали вернуть ключи; басист уехал в США, барабаны порваны и денег нет, пластиков также не было – тогда было очень туго. Сейчас мы начали работать, а тогда было все как-то касячна и сложно.

Это после зарплаты поднялись. Мы тогда были малые, один я только начинал работать. Писал тогда дома первый альбом, 12 или 13 песен. Nuendo, сэмпліраванне, барабаны на 1 или 2 микрофоны, сам играл.

А после басист нашелся, барабаны обрели, и все наладилось. Басист нашел гараж и там мы рэпалі. Выиграли фестиваль «Ночь вурдалака» в Полоцке и нам дали запись.

Музыканты получили возможность записать три песни на минской студии “Осмос” в кинотеатре “Октябрь”, и после по треку в неделю, скинулись всем коллективом, записали на вялейскай студии альбом «Эпоха мод», который вышел в 2011 году, а одну запись с «Осмаса» сделался демо-песней.

Не скажу, что я хотел бы стать культовым рок-музыкантом, но хотел бы заниматься, например, гукарэжысурай. Мне интересна теория музыки, сочинительство. На данный момент пишется немного, но играть не получается: этим надо жить, а мы подошли к тому моменту, когда дети и жилье… Все проходят это.