«Распределение как ад: знал, что оно есть, но думал — так далеко»

Generation.by начинает серию историй о молодых белорусов, что не по своей воле работают в разных точках страны. Они не совершали никаких преступлений, но были ограничены в правах на два года. Право на свободный выбор места жительства и работы после окончания государственных ВУЗОВ в Беларуси теряют студенты, которые оказались лучшими при поступлении и набрали больше баллов за остальных, чтобы пройти на бюджет. Первый в серии — выпускник истфака БГУ, который работает учителем в Боровлянах, да научился получать удовольствие от своего распределения.

Родной город: Городня

Университет: БГУ, истфак

Квалификация: Культурный антрополог. Преподаватель

Средний балл: 7,9

Место работы: СШ № 2, в. Боровляны

Сколько осталось: 10 месяцев

Зарплата: около 3,5 млн.

Жилье: 120$, комната в Боровлянах

В запутанных и пакручастых боровлянских улицах мы едва находим новенькую СШ№2, которая полностью отсутствует в навігатарах. Возле школы вместе с нами припарковалась новенькая машинка ГАИ. «Это они приехали проверять, или в у всех детей есть фликеры», — объясняет при встрече Павел и ведет показывать свое место работы.

24-летнему Павлу Махінаву по-своему повезло: мало кто из распределенных учителей может пахвастацца школой в сорока минутах от столицы.

«Школа два года назад построена, на открытие президент приезжал», — продолжает экскурсию историк, и, как позже выясняется, еще и профессиональный экскурсовод.

Через длинные коридоры и чистые стены большого здания мы доходим до класса, где следующие 45 минут будем вместе с пятым классом учить историю. Заходим в кабинет с плакатом князей ВКЛ на месте, где чиновники вешают своего президента, уголок народного быта и материалами для внеклассных занятий. В шкафу за стеклом лежит целая коллекция старых мобилок, якобы намекая школьнику, что на уроках телефоном пользоваться не стоит, иначе он может оказаться рядом. Но на самом деле все телефоны когда-то принадлежали самому Павлу и он таким образом показывает детям, что такое живая история.

Начинается урок. Мы приготовились к худшему, ибо молодой учитель предупредил, что это самый проблемный класс. Однако по факту дети оказались очень любопытными и по-обычному шумными. Чтобы их немного успокоить, раздается строгое «Тишина!» и я волей-неволей вздрагиваю.

Павел каждый раз придумывает определенные уловки, чтобы заинтересовать пяціклашак. На нашем уроке, чтобы освоить новый материал, дети делятся на репортеров и героев. Таким образом, чтобы задать вопросы первым, и, чтобы ответить вторым, и тем и тем стоит прочитать новый параграф. Сам же учитель перевоплощается в ведущего передачи новостей.

«Этот креатив помогает жить в школе. Без него я бы не выдержал ни одного дня», — говорит учитель.

После работы мы идем смотреть флэт молодого учителя. Двухкомнатную бараўлянскую квартиру в 20 минутах от школы Павел делит с семьей коллеги. Комната, в которой живет молодой специалист, по-мінімалісцку обставлены: стол, стул да кровать.

В студенческие времена Паша был администратором в кафе, менеджером по продажам, занимался некоммерческими проектами и подрабатывал экскурсоводом, чем занимается в свободное время и до сих пор. Но ни одно место работы не понравилось цётачкам из деканата. Тогда Павел нашел место учителя неподалеку от Минска и в результате сюда и распределился.

«Как это так?! Я же такое хорошее студенческая жизнь вел: и там был и сям был. Как это меня в ад?»

Процедура решения судьбы

Процесс распределения для меня проходил очень смешно. Если ты пять лет учишься, ты ждешь чего-то Такого. Возможно, это мой юношеский максимализм, но я ожидал чего-то действительно по моей специальности. Ты заходишь по списку, это как «Евровидение»: «В Ошмяны отправляется…. Антон Мартыненко!». «Вы, Махінаў, вам можем предложить Щучин, Мосты. Вы из Гродно? Как раз! Лидский район» Это такое перадразмеркаванне в марте. После у тебя есть месяц, если твое очко сжимается и ты быстро ищешь работу.

Распределение как ад: ты знаешь, что оно есть, но где-то так далеко. И когда ты уже грубо говоря разговариваешь со Святым Петром, он говорит: «Все, Павел, вы в рай не попадаете, попадаете в ад». И ты такой: «Как это так?! Я же такое хорошее студенческая жизнь вел: и там был и сям был. Как это меня в ад?» На пятом курсе начал рыпаться, оказалось: там нельзя, там нельзя — и школа была самый оптимальный вариант.

Попытки откосить

Думал пойти в магистратуру. Но проходил только на платное, денег у меня не было и тем более, что согласно новому кодексу об образовании, все равно пришлось отработать. Подавал документы в Польшу. Но в деканате сказали, что не отпустят.

Однокурсники

Мой товарищ работает в Воложинском районе, некоторые нашли в Минском районе школы, кто-то в Минске работает, кто-то в Республиканском центре детей и молодежи, в музеях и архивах, кто-то пошел в науку. Есть также молодечненские школы, Дзержинский район, Витебск, в Несвиже. Те, кто учился на платном, работают в основном не по специальности.

Начало

У меня, да и я смотрю по себе и по своим коллегам, у нас в у всех сначала были розовые очки, мол, мы сейчас детей научим! И ты сталкиваешься с реальностью, дети разные есть, методики разные нужно использовать. Соответственно наступает момент, когда эти розовые очки, такая эйфория спадает.

Расписание работы

С понедельника по пятницу занятия в первой половине дня. В другой, либо по своим делам еду в Минск, либо с бумажками корпаюся в школе. В неделю на бумажки уходит 5-7 часов, проверить тетради, заполнить журнал, контрольные и т. д.

Начальство и коллеги

Начальство с уважением к молодым специалистам относится. У нас даже есть «школа молодых специалистов»: встречаемся в формате дискуссий, воркшопов, разговариваем в неформальной обстановке по поводу различных аспектов работы, мотивации учащихся, методик.

Обязанности

Я еще классный руководитель у пятого класса, на это у меня четыре часа. Классные часы провожу, в прошлый раз дети приносили тортики, праздновали день рождения один одного. Следующую классный час планирую провести игры на знакомство, толерантность, представление о друг друга, чтобы они учились жить в таком вот социуме.

Еще нужно ходить по домам и выявлять родителей, которые не могут обеспечить детей хорошими условиями, детей из социально опасных семей.

Еще нужно проводить с детьми различные внеклассные мероприятия, контроль за посещением занятий, наличие фликеров, школьная форма.

Особенности работы

В прошлом году с дзявятымі классами было трудно работать. Если я выгляжу как и они, и мамки, папаши по сорок лет приходят, то психологически трудно. В начале даже вахтеры смотрели, типа «Вам чего?» — «Я учитель». Не признавали.

С пятым классом проще, родители адекватные. Пропустил занятие, не выполнил домашнее задание — звонишь, и сразу исправляется. Хотя с детьми девятого класса проще договариваться, но они более подлые.

Но в целом я обращаю внимание на позитив. Я такой позитивный учитель, что бы не случалось.

Бывает, старшие ученики лезут в френды в социальных сетях. Я их не добавлял, просто создал общину, где скидываю информацию, например, чтобы завтра принесли определенные документы, или что завтра дежурим и т. д.

Школа — это такой социальный срез общества. Как думают дети, так думают их родители. И это очень интересно, они копируют модель поведения своих родителей. Есть активные, их меньшинство, есть пассивные, их большинство. Мы вот даже, когда праздновали день рождения, некоторые дети вставали как и их родители с лимонадом в руке и такие с серьезным видом: «А я вот хочу выпить за Мишу — за то, что он такой красивый».

У меня были однокурсницы, которые шли работать учителями, ибо чувствовали, что это их. И сейчас работают, говорят, что трудно, но им нравится. У меня в школе тоже есть коллеги, которые говорят, что трудно, но это их. Я возможно тоже к этой категории отношусь. Ведь ты чувствуешь, что ты детям нужен. Школа на самом деле наркотик, учитель как игла. Если ты чувствуешь, что ты нужен, можешь транслировать знания, общаться. Через это получаешь внутреннее удовлетворение.

Что после?

У меня дальше будет армия. Я не знаю, как белорусская армия меня трансформирует, или я его трансфармую:) После буду либо в школе работать, как один из вариантов. Но работать учителем — довольно трудная стратегия для выживания. Либо буду продолжать образование в Европе. Либо работа в московской компании гидом по Европе. Если бы не школа, я бы уже сейчас там работал. Еще вариант — вернуться в Гродно, такая амбиция жизни, мечта, открыть свой бизнес там. Ведь Гродно — это мой город и я хочу сделать его лучше.

Пока молодой специалист колеблется, что делать после отработки, его ученики уверенно говорят про свою будущую профессию. Пятый класс поделился на несколько программистов, юристов, рок-музыканта и тренера по каратэ. А у Павла на решение вопроса еще есть несколько месяцев.

Если тебе тоже распределили, пиши на team@generation.by —
будем знакомиться.