Приключения белорусских студентов в Японии

Японские трудоголики чрезвычайно удивляются, что такое возможно, чтобы большинство населения не говорило на государственном языке страны. Экзотические для японцев белорусы рассказывают Generation.by, чем еще удивить мир, как там учатся и учат, про обычные землетрясения, чистые японские улицы и свою миссию распространять знания о родине.

«Японцы по умолчанию идентифицируют нас как американцев»

Сергей, 25 лет,
г. Осака

Я решил поехать в Японию еще в школе. Честно говоря не знаю, почему я так решил, но цель была поставлена. Наверное, Япония меня поразила еще на уроках истории: там я узнал, что Япония едва ли не единственная азиатская страна, которая не была каланізаваная. К тому же на тот момент много чего меня не устраивало в нашем обществе и я по-своему искал пути выхода. Единственное я знал: в Европе или Америке ответов я не найду. Оставалось только Азия.

Хотел изучать японский в университете, но в год моего поступления набора не было. Поэтому пришлось пойти на факультет международных отношений изучать экономику. Я нашел репетитора по японской и начал изучать язык самостоятельно. После узнал про стипендию японского правительства, успешно сдал экзамены и поехал в Японию. Японское правительство покрывал расходы на учебу, а также платил мне стипендию, немного больше тысячи долларов.

Мне казалось, что за время изучения японского в Беларуси, я узнал много о стране, где мне приходилось провести 5 следующих лет. Но, когда я сошел с трапа самолета, сообразил: это другая планета. Здесь все по-другому: дороги, магазины, дома, человеческие отношения… Все вызвало дикий восторг: вокруг аккуратно и чисто, люди вежливые и бесконфликтные. На контрасте с тем, к чему я привык дома, это оставляло самое приятное впечатление об этой стране.

Еда здесь необычная, но вкусная и немного более здоровая чем дома. Соя — один из главных продуктов: она представлена на столе и в виде соуса и в виде супа из бобовой пасты «місо», и в виде соевого творога. Для европейцев самая странная блюдо из-за его специфического запаха будет наверное «натто» — соевые бобы, которые перабрадзілі. Впрочем, это дело привычки, на вкус они не такие уж и плохие, к тому же полезные для пищеварения. В целом вкус японской кухни мягкий, нерезкими и специи здесь особенно не любят, отдают предпочтение натуральному вкусу ингредиентов. Поэтому, когда японцы едут за границу, у них часто портятся желудки, ведь они не привычные к заморских пряностей.

Жить в Японии довольно дорого, и если не было бы у меня стипендии, я вряд ли смог бы здесь прожить. Продукты стоят немало, особенно фрукты и овощи. Их продают поштучно, что для нас, которые привыкли покупать килограммами, сначала кажется смешным. С другой стороны, японцы едят довольно мало, так что им, пожалуй, хватает. Здесь даже есть выражение, которое означает идеальную степень насыщения едой: «одна восьмая желудка». Но когда речь заходит о сладости, то «для них есть отдельный желудок».

Япония — мононациональное государство, 99% населения — японцы. Европейцы для местных жителей все еще дзівота: сколько раз мне приходилось ловить на себе любопытный взгляд детей, которые меня рассматривали с открытым ртом. Удивительным образом сложилось так, что японцы по умолчанию идентифицируют нас как американцев. Видно, очень глубокий след оставила их пребывание здесь во время послевоенной оккупации.

Японцы — большие трудоголики. Они буквально живут на работе, что нередко доводит до того, что дети не видят своих пап. Возможно корни этого явления находятся в том, что для японца жизненно важно чувствовать свою принадлежность к какой-либо социальной группы. А поскольку у большинства такой остается только рабочий коллектив, то всю жизнь человек замыкается на работе. Возможно и японское «экономическое чудо» во многом обязано и такого большого количества работы. В японском языке даже существует такое понятие «кароши» — смерть от переработки. При найме на работу многие компании предъявляют требования не к умений и навыков, а к прочности. Система пожизненного найма начала разрушаться в последнее время, но тем не менее, при поступлении на работу японский выпускник все еще полагает, что будет работать там всю жизнь.

Японский язык — сама по себе сложная, ведь здесь используется три вида символов: складское азбука хірагана, складское азбука катакана (используется в основном для записи заимствованных слов), «китайские» иероглифы, которые хотя и были некогда заимствованы у китайцев (через корейцев — вот как бывает), были упрощены на японский лад и нередко имеют другой смысл по сравнению с китайским аналогом.

«Белорусы нигде не пропадут»

Юля, 28 лет,
г. Киото

Мое знакомство с Японией началось около 10 лет назад, если что-то или даже кто-то подтолкнул меня поступить на отделение «лингвострановедение» факультета международных отношений БГУ. Иногда спрашиваю себя: а нельзя ли было, дорогуша Юля, какую страну выбрать ближе к Беларуси?! Первый раз приехать в Японию мне повезло еще студенткой 3 курса БГУ. Тогда это была шасцітыднёвая азнакамляльная программа в префектуре Осака. Благодаря ей, мне пришлось углубить свои знания в японском языке и поприветствовать сінтаісцкіх богов с Большим Буддай в таких городах, как Киото, Нара, Осака и Хиросима.

Приблизительно через год меня позвала в гости Токио. Что тут говорить: столица — она и в Африке столица… Год обучения в университете Васэда выдался очень и очень плодовитым в плане завладения японской языком. Каждый день — занятия по языку в различных аспектах. Окрестности исключительно японское, большинство друзей – тоже…Что касается денег, то стипендии хватало и чтобы за жилье заплатить (в Токио я жила в общежитии), и на питание, и на различные мелочи.

А вот привыкнуть к здешним поездов даже за год не удалось: «обычные» поезда, «быстрые», «быстрые-прыхуткія»… один останавливается на этой остановке, второй — не… государственные линии, частные… садишься в одном конце города, а попадаешь совсем в другой, даже, если вовсе и не планировал туда ехать… Однако, я не отрицаю вероятность того, что в этом виноваты вовсе не поезда:)

Закончила я БГУ, немного поработала в Посольстве Японии, где приобрела богатый опыт и приятных знакомых, и решила опять поучаствовать в конкурсе на стипендию. Таким образом я и попала наконец в Киото, где живу уже 3,5 года. За это время успела пройти курс стажера-исследователя в области языкознания, а потом поступить в магистратуру, которую и собираюсь закончить в следующем году.

Киото — городок относительно небольшой и очень комфортный для жизни и научной деятельности. Конечно, ко всему нужно привыкать в начале, без этого никак. Но мы же «гайдзіны» («гайдзін» по-японски означает «иностранец, человек извне»), откуда нам что знать?! Поэтому японцы терпеливо улыбаются и объясняют все, что нам не понятно.

Занятия в университете проходят довольно просто – слушаешь лекции, а в конце семестра сдаешь доклад, или делаешь на занятиях несколько устных сообщений (например, результаты твоего исследования), по которым тебя и оценивают. Также есть специальная комната-лаборатория, где можно заниматься самостоятельно.

С едой проблем почти что нет – приелось рыба — покупай мясо (оно, к сожалению, не очень дешевое), захотелось чего-то «нашего» — можно заказать свеклы с Хаккайда и приготовить борщ или винегрет. Бывает, что не хватает молочных продуктов, например, творога. Но его можно и самому сделать, было бы желание! Белорусы нигде не пропадут! 🙂

Название нашей родины многие из японцев даже и не слышали, но это только еще больше прабуджае интерес к Беларуси. Я с гордостью рассказываю и японским детям в школах, и взрослым о необычной прыгожосць белорусской природы и всегда приглашаю к нам в гости!

«Давно думала о преподавание русского языка японцам»

Тася, 27 лет,
Токио

Я начала изучать японский язык, если после школы поступила на специальность «Лингвострановедение» («Востоковедения») факультета международных отношений БГУ. На 2-ом курсе я узнала, что существует программа Министерства образования Японии, которая позволяет получить степень бакалавра в любом их государственном университете с обеспечением стипендией на все 5 лет обучения. Я оказалась вторым человеком из Беларуси, кто был принят на обучение по этой программе. После одного года интенсивного курса японского языка я поступила в Токийский Университет на специальность «Международные отношения», где проучилась 4 года.

Как раз, когда на севере Японии произошло землетрясение в марте 2011 года, я заканчивала университет (учебный год в Японии заканчивается в январе-феврале, начинается в апреле). Я должна была продолжать обучение в магистратуре того же самого университета, но посоветовавшись с семьей, решила, что настало время уезжать. За 5 лет я уже более-менее привыкла к землетрясениям, но неизвестность по поводу того, что может произойти с атомной станцией в Фукусиме, очень беспокоило. В то время много иностранцев уехала из Японии, или временно или насовсем. Уже вернувшись в Беларусь, я подала документы в Лейденский Университет в Нидерландах, где сейчас обучаюсь в магистратуре по специальности «Япаністыка» (Япония никак не отпускает меня))). Программа в Лейдене предусматривает один год обучения в японском университете по студенческому обмену.

Так я оказалась опять в Токио, но на этот раз в Софийском университете (университет основан иезуитами, отсюда и такое название). Во время обучения в Токийском университете все занятия происходили по-японски, приходилось часто просить конспекты у японских одногруппников или самостоятельно искать информацию на английском или русском языке, чтобы досконально понять содержание лекции. В Софийском университете, наоборот, занятия по специальности проходят по-английски и более того с иностранными преподавателями. Получаю стипендию Jasso — организации, которая была создана при Министерстве образования Японии. Стипендии хватает на основные нужды: оплату общежития, питание, студенческий проездной. Иностранным студентам не трудно найти подработку в Японии, это может быть преподавание иностранных языков, работа в англоязычных лагерях для японских школьников или в компаниях, которые опять же требуют владение языками.

Когда в этот раз летела в Японию, было ощущение, что еду не за 9 тысяч км, а домой. Но есть моменты, которые дают понять, что я все-таки не прыналежу до этого места. Например, иной раз не хватает искренности, открытости от японцев. Все вокруг очень вежливые, иногда эта вежливость кажется чрезмерной и хочется обычных человеческих эмоций, даже если это будет раздражение или недовольство. Также иногда удивляет, как японцы могут жить строго по правилам, принятых в обществе, ни шага в сторону. У меня сложилось впечатление, что японцы очень не любят слово «исключение», к которому мы так привыкли в Беларуси. И, если все же делают исключение, воспринимается это как что-то очень чрезвычайное. Также иногда мне лично не хватает того, что незнакомые люди не разговаривать друг с другом в магазине или в поезде, а молодые люди не делают комплименты девушкам на улице 🙂 Но японцы говорят, что это чисто токийская явление.

Из позитивного — иногда японцы удивляют «солидарностью с озабоченными иностранцами», которую я также почувствовала на себе. Никогда не забуду как лет 6 назад по дороге домой я попала под дождь. Около перекрестка возле меня остановилась машина, откуда японка просто так протянула мне свой зонтик. И ее, наверное, не беспокоило то, что она уже, конечно, никогда не получит его обратно, ведь мы друг другу совсем незнакомые люди. Или самый распространенный случай, который случается, наверное, со всеми иностранцами в Японии, когда подходишь к информационной карты (такие карты расставлены повсеместно в городе), чтобы убедиться, что движешься именно туда, куда хотел, ни оттуда ни отсюда является какой-нибудь прохожий и пытается спросить на ломаной английским языком, не нужна ли помощь. И, если она все таки нужна и путь к цели извилистый, нередко тот самый прохожий пойдет показывать дорогу, иногда не смотря на то, что сам направлялся в другую сторону.

Насколько мне известно, белорусский язык нигде до сих пор в Японии не преподавали, поэтому я давно думала о ее преподавание японцам, еще когда училась на бакалавра. Толчком появились курсы «Мова ці кава», начавшиеся в этом году в Москве. Курсы в Токио я вижу не только как передачу знаний желающим овладеть нашим языком, но и как действенный способ распространения информации о беларуси, о нашей культуре, современное положение белорусскости. Японцев з’дзіўляе, как такое возможно, чтобы большинство населения не говорило на государственном языке страны. Наши курсы посещают два студенты-японцы, которые как раз исследуют языковые и политические обстоятельства в Беларуси. Кроме японцев, на курсы приходят украинцы и даже гражданин Перу! (К сожалению, белорусы к нам еще не приезжали).

В общем, посетители курсов очень разные и по возрасту и по роду деятельности, но их объединяет заинтересованность в нашей стране, что не может не радовать. Мы встречаемся еженедельно, начинали с алфавита и простых приветствий, сейчас понемногу знакомимся с грамматикой и обогащаем словарный запас. Все посетители курсов уже обладают или русским или польским языком, поэтому обычно не имеет нужды объяснять основные грамматические моменты.

Обычный японец, который специально не интересуется славянской культурой, языками, политикой стран Восточной Европы и т. д., даже не знает, где находится Беларусь или как правильно произносится название нашей страны. Но это не удивительно, с такой з’яваю я встречалась и в Европе (конечно, реже чем в Японии). Но с другой стороны, это не так уж и плохо, ведь если у человека нет уже созданных, например, СМИ стереотипов, значится, можно создавать такое представление о Беларуси, которое я сама считаю верным, и можно не беспокоиться о том, что нас и здесь будут считать частью России ли удивляться, что существует такой язык как русский.

Еще:

Белорусские студенты в Южной Корее
Белорусские студентки в Китае
Белорусские студентки в Вьетнаме