Пол Маккартни и призраки прошлого

Что ТЫ делал летом 1967-го? Пол Маккартни, например, записывал лучшие песни в истории, чтобы почти через 50 лет спеть их для людей, что в четыре раза моложе его. Как выглядит живая истории рока в 2015-м, на собственные глаза наблюдал Алесь Герасименко.

Сегодня я на четыре года старше того Пола Маккартни, который в 1966 году спел When I’m Sixty-Four. С тех пор с Полом случилось все, что возможно представить в жизни: он принял участие в одном из самых популярных групп в истории, записав на пике карьеры Hey Jude, разошелся с другим одним из самых популярных музыкантов Джоном Ленноном, создал с женой собственную группу Wings и вегетарианскую семью заодно, 21 раз выиграл Grammy и похоронил жену, с которой у него было четыре ребенка, стал британским рыцарем и женился еще два раза, оставшись самым богатым британским музыкой. Казалось бы, с такой биографией совсем не стыдно остановиться и почивать на лаврах. Но что-то заставляет Поло отправляться в новые и новые гастрольные туры, за месяц успевая засветиться на стадионах Америки, Европы и Японии.

Три часа и сорок песен

Это что-то вроде спиритического сеанса. 50 тысяч людей собираются вместе, и в этом момент появляются призраки прошлого. Химия срабатывает, и время, люди, молодость и старость перемешиваются в одном котле чтобы выдать один из самых незабываемых концертов в жизни много кого из тех, кто сегодня оказался здесь и сейчас.

***

Сегодняшнее выступление Маккартни на крупнейшем Скандинавском фестивале Роскилле (Roskilde) — один из последних анонсированных в рамках этого концертного тура. Организаторы фестиваля говорят, что Пол сам выбрал их, таким образом расширив границы своей аудитории.

«Пол открыт для выступления на совсем небольшом количестве фестивалей, — говорит руководитель программной дирекции фестиваля Андерс Уохрэн. — Он мог бы с легкостью собрать еще один стадион, но на нашем фестивале он может смешать различные аудитории. И его услышат больше людей».

Действительно, в числе 50 тысячной аудитории послушать Поло собираются люди самых разных поколений и культурных бэкграўндаў. В результате Маккартни приходится учитывать интересы и тех, кто видит, и может быть слышит большинство песен The Beatles первый раз в жизни, и тех соблазненных нердаў-битломанов, кто достоверно знает каждую деталь выступления вперед. До первых Пол обращается через YouTube в совместном клипе с Kanye West. Kanye он называет «поэтом» и даже сравнивает с Джоном Ленноном.

Что до классики современной музыки, то именно стремление показать маладзейшаму поколению ее предысторию и мотивирует организаторов приглашать на Роскилле таких музыкантов как Маккартни или Rolling Stones годом ранее. И видит бог, они не жалеют об этом. Один из двух до сих пор живых членов The Beatles находится в отличной форме. Уверенный и харизматичный, он знает как легко стать «своим» парнем для гигантской аудитории. И делает это с невероятной скоростью.

Версия истории современной музыки от Поло

Мультиинструменталист Маккартни имеет за плечами гигантскую дискографию. Что позволяет ему все время бросать вычет аудитории, перамешваючы старые и новые песни. Разная аудитория знает разные песни, но почти все объединяются старыми бітлоўскімі моментами. Многие песни в выступлении Маккартни посвящает адышоўшым друзьям. Он проникновенно разговаривает с Джоном Ленноном в Here Today («I love you, ooh»), вспоминает жену Линду в Maybe I’m Amazed, и уверенно бери в руки фирменную Харысанаўскую сітару. Все это сопровождается проникновенными воспоминаниями о те самые 60-е, откуда происходит большая часть славы Поло. Трибьют идет за трыб’ютам.

В перерывах между песнями Маккартни кратко рассказывает, откуда пошла та или иная песня, вспоминая то про борьбу за гражданские права в США (Black Bird), то о замечательных и не очень людей, которых он встретил на пути. Достается и российским руководителям, с которыми Пол виделся в 2003 году после концерта на Красной площади. Там, рассказывает Маккартни, к нему подошел тогдашний министр обороны, бывший кагэбэшник и один из наиболее близких к Путину людей, и признался, что первый альбом, который он приобрел, был «can’t buy me love» от The Beatles. Пол шутит с российского руководства, имитируя русский акцент. Что правда, следующий раз эти люди смогут услышать Маккартни не скоро — сейчас Пол один из неугодных музыкантов в России из-за его поддержку Pussy Riot.

Историческую часть выступления Пол сдает на отлично. Музыкальную — на что-то большее, чем отлично. Он соло поет большую часть песен, не спрашивая на помощь бэк-вокалистов. Шоу — суперпростае пребывание пяти музыкантов на сцене — невероятно гармонично вписывается в нарратив Маккартни. Неожиданный салют завершает рисунок.

«When I’M Sixty-Five»

Не знаю, что за мысли в голове были в Поло, когда тот писал When I’m Sixty-Four, но предсказать собственное будущее у него не очень получилось. Теперь он говорит, что уходить на пенсию не собирается:

«Сидеть дома и смотреть телек? Вот чем люди занимаются, чувак. Растят огород, гольф… не, спасибо», — говорит он.

Он вспоминает посетителей своих концертов в разных странах, и тот эффект невероятного взаимопонимания, химия, что возникает между близкими людьми во время его песен. И говорит, что именно такие моменты дают ему энергию и заставляют работать дальше. Кажется, этот момент единения и какая-то наивысшая степень коммуникации между публикой на концерте одного из последних битлов — результат совместной энергетической работы и аудитории, и организаторов концерта и музыкантов — бывших и нынешних. И тех, кто живет прошлым (как Пол), и тех, кто живет будущим (как наверное делал Джон), и тех, кто пытается жить сейчас (трудно, ага?).

И Джон Леннон, чувствуется, где-то здесь. И, одновременно, далеко. Время перестает течь линейно, он превращается в решето, которое держится только на разбросанных по веке воспоминаниях и мелодиях, — сшита разноцветными осколками одеяло, которую кто-то забыл на одной из инсталляций Йоко Оно. Перед тобой — живая легенда. Но ты знаешь, что это только кусок, а целая картина уже недоступна, и никогда ее не увидишь. Только осколки, разбросанные по всему миру от Сан-Франциско до Манилы. От того ощущения остаются какими-то незавершенными, якобы на твой праздник не пришел самый желанный гость. И от того одновременно и грустно, и радостно.

Не, все же радостно.

Фото: Steffen Jørgensen, Roskilde Festival