Как создать Re1iktавы sound народных песен

Группа «Re1ikt» перед презентацией своего диска «Лекарственные травы», которая пройдет 7 декабря в клубе «Re: Public», дал большое интервью Generation.by. Барабанщик Александр Демиденко и басист Дмитрий Наркевич про музыку, работу, фольклор, что не умирает, и жизнь в Светлогорске рубеже веков.

— Самое существенное, что нужно знать слушателю о «Лекарственные травы»?

Александр: Это образ из детства: бабушка запарвала мне чабрец, зверобой.

Дмитрий: Я собирал также травник с бабушкой.

Александр: На обложке – травниц Зоня Ігнатаўна Рудько из деревни Речень под Любанью. Мы ее встретили на фестивале «Пятровіца» в Шыпілавічах. Зоня Ігнатаўна рассказала о снадобье, угостила чаем. Когда придумали концепцию альбома, то пригласили фотографа Андрея Дубинина и поехали в Речень.

Дмитрий: Народные песни достаточно сложные, выполнялись без инструментов, для рок-аранжировки непросто сохранить все мелодические ходы. Поэтому песни мы обрабатываем в нашей, Re1iktавай манере.

Александр: В песне «Дождь ідзець» мы больше оставили мелодии, которая была в архивном записи. «Чего ты, лосю» – тоже очень близко. На диске есть две песни, вдохновленные произведениями классиков: «Женщина Животное» по Яну Борщевскому и «Болотные огни» по Якубу Коласу.

– Расскажите немного больше, вы позиционируете себя как группа с Полесья, а тут как раз болото…

Александр: Меня манил образ, какой-то таинственный болотный огонь, полесская топи. Это про мечты, молодая березка вглядывалась в темноту и словно видела огонь. А старшие деревья шептались – что она там выглядит? Это же просто гнілушкі. И мы в песни спрашиваем, правда ли, что те огни – это всего лишь гнилушки? Человек видит то, что он хочет видеть, это отражение его внутреннего мира.

– А как начался ваш «роман с фольклором»?

Александр: Я заинтересовался через группу «Троица». Их альбом «Сон-трава» гонял по кругу. Кажется, Владимир (вокалист) предложил сделать песню «Рана на Йвана», он когда-то пел в хоре. Как начали, какая-то мощь появилась. С исполнением народной музыки пришло понимание, что все делаем правильно. Фольклор использовал и Курт Кобейн, и Metallica. Недавно в программе «Аэростат» услышал, что и The Beatles перерабатывали шотландские народные мелодии. Пол Маккартни очень хотел делать народные песни, но не мог, потому что весь мир счел бы, что он списался. Музыкантов тянет к этому, новый источник вдохновения, можно сказать, бесконечная.

– Чем есть для вас фольклор? Материалом для интерпретаций или чем-то большем?

Александр: Всем. И Материалом, и чем-то духовным. Если пели, какая-то новая энергия представала внутри. Пока сознательно ответить на это вопрос не можем, это дело не одного года. Могу только утверждать, что с белорусскими народными песнями мне работать легко, я их сразу слышу.

– Как вы относитесь к народному христианство, к язычеству?

Александр: Я бы воздержался от ответа. Не хватает времени это сейчас осмысливать. Только хочется верить, что мир построен более интересно, чем мы видим.

Дмитрий: Это конечно, что у белорусов христианства заступила язычества, но то никуда не исчезла, было и есть.

– Слышали ли вы группу «Амулет», что перенимает мужскую манеру аутентичного пения?

Александр: Амулет, Амулет… Слышали, там поет Денис Сухой, со Светлогорске, наш земляк. Мы любим фольклор, но все же мы – рок-группа. Когда в машине едем, особенно далеко, на Брест или на Польшу, берем маленькую гітарлеле и поем свои любимые песни. «Гаманина» есть такая народная, казацкие любим попеть. Ибо уже надоедает разговаривать, или сидеть в телефонах.

– Смотрю, не боитесь выезжать за пределы МКАД?

Александр: Мы уже всю Беларусь объехали. И города, и деревушки. Хочется выступать еще больше.

Дмитрий: Около 40 городов.

Аляксадр: Мечтаем поехать путешествовать и одновременно что-то записать, такая поездка-экспедиция. Но живем в каменных джунглях, пока не получается.

– А как воспринимают в маленьких городках Вашу музыку? Кто приходит?

Дмитрий: Разные люди. Мы же для людей играем.

Александр: От детишек до старушек. Мы там, конечно, выполняем акустическую программу, неэлектрычную, такой unplugged, спокойный, приятный на ухо.

– То есть, приходится подстраиваться под слушателя?

Аляксадр: Мы же не сумасшедшие, понимаем, что если начнем там играть на барабанах, они побегут домов…

– Говорят, Re1ikt начинался с выполнения гранджа. Правда?

Александр: Начало группы был очень давно, еще в 99-м году. Было скучно жить в городе, где ничего не происходило, хотелось что-то делать. Мы с друзьями слушали рок-музыку, Nirvana, различные группы, брали гитары, пели во дворах, это обычный путь почти всех рок-музыкантов моего возраста, я так думаю. Договаривались, встречались, какие-то каверы делали на Виктора Цоя, Егора Летова, ну, как все. Но хотелось писать свою музыку. В Светлогорске был рок-клуб, он и сейчас есть. Его руководитель, Владимир Нікольчанкін, действительно много сделал для светлогорской молодежи. Это была на то время единственная возможность играть на настоящих электрических инструментах.

– Вы часто подчеркиваете свое полесское происхождение.

Александр: Да, мы считаем, что Светлогорск – это Полесье. Вова, наш вокалист, даже жил в микрорайоне, что назывался «Полесье», мы репетировали в подвалах магазина с таким названием…

Наверное, наша музыка – это отражение наших детских впечатлений. Светлогорск – это такой город в лесу, там много деревьев. И даже болото у нас было маленькое в центре города. Мне кажется, мы имеем это в музыке, темпы, размеры, вот эта палескасць. Мы хотим себя транслировать в настоящем как детей Полесья, ведь мы там родились, выросли, и основные, воодушевляющие вещи произошли именно тогда.

– Все музыканты в группе со Светлогорске?

Александр: Не, только я и вокалист Владимир Козлов.

Дмитрий: Я и гитарист Виталий Макшун выросли в Минске, присоединились к группе лет пять назад.

Александр: Дмитрий мой давний друг, сначала помогал группе в административных делах. С Вовой учились в одной школе, знали друг друга. Нашего вокалиста забрали в армию, а нужно было отыграть концерт. Я вспомнил, что у меня есть такой знакомый Вова, пришел к нему прямо в квартиру, тогда это было гораздо проще. Он вышел: «Привет!» Я ему «А не хочешь с нами попеть?» «Давай!» Довольно лаконично. И вот мы уже более 10 лет в одной группе.

– Александр, расскажите, как попали в Минск?

Александр: Я учился в Гомеле, со мной туда, а потом в Минск в 2009 г. переехали Владимир и еще гитарист, который уже ушел из группы. Просто нужно было переехать, моя жена жила здесь.

– Сталкивались с Gods’ Tower?

Александр: В Гомеле – никак. Уже в Минске они к нам обратились, чтобы мы им сделали клип (облюбовали наш, «Реки под коркой льда»). Так и познакомились. Когда мы жили в Санкт-Петербурге, они к нам приезжали, когда были с концертами.

– А если у вас появились белорусскоязычные произведения?

Александр: Сразу. Мы слушали NRM, пели его также во дворах, мой любимый альбом был LaLaLa. Понимали, что белорусская группа должен писать песни по-белорусски. Может, тогда не было хорошего уровня владения языком, когда мы были маленькие. По-английски было проще. Уже на первых дисках было по одной-две белорусские песни, а альбом «Реки пробили лед» – полностью белорусскоязычный.

– В жизни разговариваете по-белорусски?

Александр: Иногда. На работе пользуемся русской и английской. Если попадаем в белорусскоязычный сердцевину, хоть один человек разговаривает, то переходим с радостью.

Дмитрий: Это из корней. У меня бабушка учительница русского языка в деревенской школе, папа из деревни. Он военный, столько лет прослужил в различных странах, а белорусские словечки все равно проскакивают.

– А как относитесь к трасянки?

Александр: Я так положительно, с трасянки на белорусский перейти легче.

Дмитрий: Речь и речь. Литературный русский – из виленских диалектов. Так чем другие языки хуже?

– Вы часто фатаграфуецеся все вместе в футболках подобного дизайна. Он чей?

Александр: Мой. На концертах охотнее приобретают футболки, чем диски. Себе вот сначала сделал. Я большой поклонник сериала Twin Peaks и вообще режиссер Дэвида Линча. Когда стало известно, что будет продолжение, сделал себе байку, а потом уже в том же стиле какие-то такие футболки, sweat-шоткі для музыкантов и слушателей Re1ikt.

– Это часть вашей маркетинговой стратегии?

Дмитрий: Да не. Люди просто хотят приобрести, вот и все.

– А как совмещаете занятия музыкой и работу в ИТ?

Дмитрий: Сначала была группа, ИТ уже потом. Я отработал распределение на заводе, Generation.by когда-то об этом писал.

Александр: Вокалист у нас работает электриком в метро, в ИТ сфере остальные недавно. А группа у нас так давно, что уже знаем, как организовать время, чтобы не мешало ни семьи, ни работы. Мотивация играть у нас сейчас вряд ли денежная. Но любовь к музыке, к сочинения, до выполнения – наш главный двигатель.


Ивенты в соцсетях: FB и VK